Оружие казацких гетманов.


Чем больше всего привлекают музеи и хранящиеся в них экспонаты? Наверное, больше всего, возможностью непосредственного зрительного контакта с прошлым, ведь одно дело читать о героях и событиях и совсем другое дело воочию видеть вещи, которыми они орудовали, и среди которых жили. Особое место, понятное дело, отделяется оружию. Издавна артефакты, связанные с военной деятельностью окружали особым почтением: мечи и латы предков хранили дома на почетном месте, их демонстрировали гостям, считалось, что оружие принадлежащие наиболее выдающимся воинам и полководцам хранит ихнюю силу, поэтому хозяева тщательно его оберегали от посягательств чужаков (отсюда легенды о поисках Эскалибура и маниакальное желание Гитлера завладеть венским копьем). С особым пиететом хранили клинки коронованных особ. Со временем  все это некогда звеневшее в битвах и блестящее на королевских церемониях добро упокоилось в тишине музейных залов, и если в западной Европе могут похвастаться целыми арсеналами и именными мечами восходящими вплоть до Карла Великого то у нас, увы, набор экспонатов куда беднее.
     Материальные остатки казацкой эпохи, в частности оружие, некогда принадлежащее гетманам, раскиданы по музеям Польши и Украины. До нас дошло именное оружие, принадлежащее Сагайдачному, Хмельницкому и Разумовскому.
         Петр Конашевич Сагайдачный стал символом небывалого прорыва казачества на международной арене в начале 17 века. Именно под его руководством впервые запорожцы, чего доселе и представить было не возможно, окурили мушкетным дымом предместья Стамбула нагоняя страх на цитадель блистательной Порты. Также взятие Кафы и прочие морские походы надолго закрепили за казаками звание главных пиратов Черного моря. Полководческий талант гетмана в немалой степени раскрылся и во время сухопутных кампаний, в частности во время знаменитого рейда на Москву на помощь армии королевича Владислава, во время которого Конашевич, захватив несколько городов и чуть не взяв столицу царства, не раз демонстрировал личную храбрость — довелось лично стукнуть по башке булавой воеводу Бутурлина во время поединка.

Но вершиной его деятельности стало участие в Хотинской битве 1621 года остановившей нашествие турок на Речь Посполитую, умело руководя казацкими полками, Сагайдачный внес немалый вклад в победу, но сам получил смертельную рану в одной из стычек. Не удивительно, что имя гетмана запечатлено во многих  украинских песнях и преданиях, современный писатель Юрий Андрухович посвятил ему шуточный стих

Той гетьман
був страшний міняйло.
Одного разу поміняв жінку
на тютюн та люльку,
іншого —
москалів на турків,
а тепер ось, як бачимо,
Київ на Краків.

      Всем знакома песня про Сагайдачного, где он «проміняв жінку на тютюн та люльку необачний», но не многие знают, что в экспозиции Вавельского замка (Польша) хранится именной меч,  с дарственной надписью подаренный Сагайдачному будущим королем Владиславом Ваза в ознаменование Хотинской победы (фото из музея с ним в заглавии статьи) на что напекается в стихе Андруховича.

      Длина лезвия меча составляет почти метр, клинок ориентировочно был изготовлен еще в 15 столетии, а оправа в 16 ст., местом изготовления меча, по данным исследователей была Италия. Судя по всему, последние четыреста лет меч хранился в хороших условиях,  о чем свидетельствует его отличная сохранность и почти полное отсутствие следов коррозии.

      На ярко украшенной оправе меча, золотой и серебреной насечкой неизвестный мастер изобразил притчу о суде царя Соломона.
     
      На лезвии меча дарственная надпись королевича на латыни

       VLADISLAVS + Konasevicio Koszovio
    ad Chocimum contra Osmanum
     (ВЛАДИСЛАВ + Конашевичу Кошовому
        під Хотином проти Османів)

      Трудно описать какой путь проделал этот меч из слабеющих рук умирающего гетмана на витрину Краковского музея, несомненно, что возвращение клинка в Польшу скорей всего было связано с катаклизмами времен Хмельничины когда все ценной пытались вывезти подальше от бунтов и разрушений. Насколько известно единственный раз после этого меч Сагайдачного демонстрировался в Украине в 1999 году в залах Львовской галереи искусств.
      От Богдана Хмельницкого артефактов осталось куда больше, и если первая, по данным Костомарова, сабля, подаренная уже королем Владиславом Ваза, во время Смоленской войны, остается предметом спора, то несколько экземпляров сабель в польских и украинских музеях признаются исследователями подлинными. К примеру, наиболее известный так называемый палаш Хмельницкого, хранящийся в музее Чарторыйских в Кракове. По преданию он был захвачен поляками во время несчастливой для казаков Берестечской битвы, когда в руки правительственной армии попал лагерь гетмана.


      Лезвие палаша имеет значительные повреждения, по описаниям старых каталогов некогда на нем была нанесена надпись

SZCZO POD ZBOROWOM
ZBARAZOM SŁAWY ZAROBYLI /
JNJ POD BERESTECZKOM NA
HŁOWU UTRATYLI / NE BUŁO NA
ŁACHOW SWOICH SIA PORYWATY
/ J Z B[…] ZARAZ W SKOK
UTEKATY /
TOBY W NASZOY SŁAWIE NE BUŁO
UTRATY 1652
(Що під Зборовом, Збаражом
слави заробили/
ІНШІ під Берестечком
на голову втратили/
Не було на ляхів своїх
пориватися/
І З Б… ЗАРАЗ В скок утікати/
То БИ наші й славі не було
утра ти 1652)

      У основания клинка находится уникальное портретное изображение гетмана – человека с булавой пышными усами и характерным «оселедцем» на голове. На сегодня это уникальный иконографический артефакт, связанный с Хмельницким, вполне возможно, что основой для него послужила какая-то не дошедшая до нас гравюра с портретом гетмана.

  Еще несколько экземпляров сабель связываемых с Хмельницким.


  На клинках характерное нанесение имени.

     Кроме сабель известен хранящийся в Национальном музее Кракова бердыш. На одной его стороне изображение Архистратига Михаила, а на другой надпись

 «Подъ Замосцемъ я Богданъ Хмельницкій съ 80 тисячъ козаковъ /
а ляхамъ жедам и попам супостатам симъ Бердышемъ /
заграю на ихъ толстыхъ шияхъ козака /
року 1648 месяця лестопада 11 дня»
«Під Замостям я Богдан Хмельницький з 80 тисяч козаків /
а ляхам жидам і попам супостатам цим бердишем /
заграю на їхніх товстих шиях козака /
року 1648 місяця листопада 11 дня»

    Бердыш скорей всего имел церемониальный характер, хотя имеются свидетельства и применения их казаками боевых условиях, к примеру, Доминик Заславский в написанной после Пилявецкого разгрома «объяснительной» упоминал «Е. м. п. [каштелян] сандомирский, потеряв там коня, — как и другие воины, ибо [казаки] выводили им коней из строя больше всего бердышами». По-видимому, этим оружием казаки орудовали не хуже стрельцов.
        В 2009 году ныне проживающий в Австрии наследник дворянского рода граф Григор Разумовский передал Батуринскому музею фамильную реликвию – палаш, который по его словам, некогда принадлежал последнему гетману Войска Запорожского Кириллу Разумовскому.

Ныне выставлен на обозрение во дворце Разумовских, став одной из жемчужин коллекции.


history-ua.livejournal.com

О admin

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан. Обязательные для заполнения поля помечены *

*